Поле. Переход к абстрактному. Умит Бек, Вера Ельницкая, Татьяна Ипатенко, Николай Крутов, Владимир Курдюков, Владимир Панкратов, Владимир Пельдяков, Татьяна Холево, Валентин Чопык, Андрей Шилов

Попытка выдоха, или Силовые поля в искусстве

Сегодняшний день как-то странно устроен. Казалось бы, ну художники, ну выставки, ну мало ли их. Но в воздухе носится ожидание чего-то нового, какого-то события, переворота, толчка, с которого начнётся нечто небывалое, и все мы скажем: «Вот оно, наконец, настоящее, то самое, всеми желаемое, наконец, состоялось, появилось, здесь, с нами».

Переживание художественного опыта XX столетия — словно огромный, глубокий вдох, и этот массив в лёгких мучителен, а когда сработает диафрагма — всё ещё неясно.

Вот чего мы ждём от каждой экспозиции — возможности выдохнуть.
...Сложившаяся «спонтанно, но не случайно» группа художников box, согласно названию (генеральная семантика в переводе с английского — «вместилище»), объединена идеей взаимодействия и взаимовосприятия. Члены её — Умит Бек, Вера Ельницкая, Татьяна Ипатенко, Николай Крутов, Владимир Курдюков, Владимир Панкратов, Владимир Пельдяков, Татьяна Холево, Валентин Чопык, Андрей Шилов — работают, как сами признаются, «под воздействием близких силовых полей».

Что такое силовые поля в искусстве? Во-первых, конечно, наблюдение за поисками друг друга, веяния от одного художника к другому, всегда возникающие в группе. Во-вторых — явление чисто изобразительное: «Поле — любимый мотив: прямой переход от земли к небу, граница цветовых плоскостей. Линия горизонта притягивает взгляд. На листе создаются силовые линии. Меня это очень волнует, без напряжения работа не достигает достаточной силы... Появляются уже силовые поля» (В. Ельницкая). Или из коллективного текста художников к выставке: «Каждый, видимо, ощущал, как в незаконченной работе без окончательно найденных форм живёт больше смыслов и обещаний... Замкнутое поле полотна и несёт в себе философское понятие вселенной и непосредственно является полем действия элементов картины: цвета, линий, формы, тона, фактуры».

Выбор для данной экспозиции, второй в пространстве «Открытого клуба», — работы если не чисто нефигуративные (в картинах А. Шилова, Н. Крутова и У. Бек узнаваемо-фигуративный и даже жанровый элемент не только присутствует, но и несёт серьёзный заряд), то, во всяком случае, постепенно перерастающие фигуру, преодолевающие её назойливый и однозначный контур. Абстракцию и беспредметность художники, судя по всему, не отождествляют: первая — от разума, воли и анализа, вторая — от эмоционального восприятия. Для В. Ельницкой живопись в целом — «эмоциональный диалог с природой». Для В. Чопыка цвет — «самое мощное средство воздействия» на зрителя и одновременно наилучший способ самовыражения. А для А. Шилова «в силу длительности работы от мотива остаются только черты и свойства, выделяемые автором, как наиболее существенные», т.е. на первый план выходят моменты не чувственные, но аналитические.

Каждый из членов box представляет собой если не сложившегося, то во всяком случае зрелого живописца. Многозначное понятие «поле» имеет в данном случае ещё один смысл — ту традицию, которая наряду с индивидуальными достижениями питает их творчество. Отсылки к В. Кандинскому или А. Явленскому суть общее место, посему опущу их. Назову Александра Тышлера и Александра Лабаса, Михаила Шварцмана, Арона Буха и членов группы «Куст»: их след наиболее ясно прочитывается в попытках организовать цветовые массы (В. Чопык, В. Курдюков), передать формульный характер движения (В. Ельницкая) или, напротив, воссоздать чистую форму (В. Пельдяков), организовать баланс изображения между материальным и нематериальным (Н. Крутов, Т. Ипатенко, Т. Холево).

Отказ от гнёта предметности вызван желанием достичь полной свободы в передаче эмоций или интеллектуального месседжа, в зависимости от посыла каждого художника. «Нам очень сложно расстаться с привычным предметным миром, где всё понятно, но абстракция притягивает, завораживает. Разговаривает на другом языке. Поднимает над обыденными смыслами вещей. Несёт заряд энергии». Передача энергии, мыслей, эмоций без посредника (живописная форма), без носителя, непосредственно от художника к зрителю — задача невыполнимая, раз мы работаем с помощью материи (краска, холст, бумага, картон, металл и др.). Но от раза к разу эта цель всё равно ставится, и как раз невыполнение её ведёт порой к интереснейшим результатам. Таковы, например, метапейзажные опыты А. Шилова, В. Ельницкой, В. Панкратова или У. Бек.

Сам метод («всё меньше узнавания и ближе к абстракции, поле деятельности — это и есть картина. Пронизываем видимое действием и получаем действительность» (А. Шилов)) чрезвычайно продуктивен. Чем у́же рамки, чем меньше способов раскрыть и передать мысль или эмоцию, чем жёстче ограничивает себя художник, тем ближе он к большой цели сегодняшнего искусства — обнаружению того самого канала для выдоха.

Диафрагма должна сработать.

Вера Калмыкова





Цвет — это информация и впечатление

Создавая произведение, художник конструирует характерное для него живописное пространство, которое строится на различных цветовых сочетаниях и контрастах. Соотношение и баланс цветовых полей внутри каждой работы и были выбраны в качестве тематической основы и объединяющей концепции данной экспозиции. Полифоничность восприятия цвета помогает по-разному интерпретировать каждую отдельную работу, но можно с уверенностью сказать, что определённые тона, оттенки и их сочетания создают свои собственные механизмы, которые влияют на рецептивные свойства любого произведения искусства.

Основой для визуальных экспериментов художников на этой выставке стало акцентирование внимания на внутреннем пространстве, его отличительных свойствах и примерах. Визуализируя понятие поля и цветовых структур, участники экспозиции трансформируют абстрактные категории и превращают их в новые визуальные эксперименты.

Наталья Тарасова



Подробности

  • Открытие: 20 августа 2015 г. в 19:00
  • Дни работы: 21 августа — 8 сентября 2015 г.
  • Выходной: Cреда

Поделиться событием